Когда Китай начинал экономические реформы, первым шагом сталараздача земли крестьянам. В итоге, уже через 2 года они смогли обеспечить себя исключительно собственной сельхозпродукцией, накормить страну.

Когда США выходили из экономической депрессии 20-х годов прошлого столетия, они начали со строительства дорог. В итоге, произошел стабильный экономический подъем по всем направлениям.

Мы, как всегда, пошли своим путем: до основания разрушили сельское хозяйство, а к строительству дорог приступили только сейчас.

Как помочь встать на ноги крестьянину? Об этом в интервью с deny татом Псковского областного Собрания депутатов, членом фракции “Справедливая Россия: Родина / Пенсионеры / Жизнь” Игорем Смирновым.

- Игорь Евгеньевич, Вы часто бываете в сельской местности, проводите депутатские приемы. Каково Ваше общее впечатление о сегодняшней псковской деревне?

- Предыдущий созыв я был депутатом от Островского района. Района, с достаточно сельским укладом жизни. Теперь, являясь депутатом от партии “Справедливая Россия: Родина / Пенсионеры / Жизнь” дополнительно “закреплен” еще за четырьмя районами - Псковским, Палкинским, Печорским. Постоянно бываю в сельской глубинке, так что жизнь сегодняшнего крестьянина мне хорошо известна: он даже не живет, а выживает, деградирует, часто спивается от безысходности. Разрыв в доходах и уровне жизни между городским и сельским жителем увеличивается просто катастрофически. Из-за мизерных зарплат и пенсий, отсутствия рабочих мест, крестьянин держится только за счет своего подсобного хозяйства. Он готов и может производить больше, чем его личная потребность, с тем, чтобы продав излишки, получить дополнительные средства, однако процесс сдерживается отсутствуем эффективных механизмов помощи его индивидуальному производству.

- Какие механизмы Вы имеете ввиду?

- Например, с реализацией молокопродукции, как и овощей, ситуация тем хуже, чем дальше производитель от закупщика. В Печорах, на депутатском приеме ко мне обратилась сельский предприниматель Нурметало Вера Яковлевна. Она проживает в деревне Митковецкое Загорье и занимается производством. Так вот, ее хозяйство готово производить свою, качественную, экологически чистую продукцию в значительно больших количествах, чем сейчас. Но что дальше?! Перерабатывающих молокозаводов, которые раньше были в каждом районе, осталось очень мало, закупочные цены на молоко низкие, а закупочная сеть и по молоку и по другим видам сельхозпродукции, практически отсутствует. Вере Яковлевне нужно помочь со сбытом. А для этого нужно полностью менять подход к этой проблеме, создавать те самые механизмы. Это могут быть заготконторы, овощехранилища, убойные пункты, если речь идет о домашнем скоте.

Как вариант, этот механизм, это дополнительное посредническое хозяйство, можно было бы создать при действующей областной системе потребкооперации. Это единственная на сегодняшний день организация с разветвленной сетью, в первую очередь, магазинов.

Средств потребуется немного. Бюджет только должен помочь организационно и предоставить тот объем муниципального и областного имущества, которое иногда просто заброшено, не используется, которое мы часто видим, проезжая по сельской местности, вдоль дорог и на полях. Нужно отдать все это в аренду кооперации, за минимальную плату, чтобы создать на этой базе (с помощью бюджета) все те объекты, о которых я говорил выше.

- А “кто” или “что” мешает?

- Нужна политическая воля руководства области, желание депутатского большинства в областном Собрании, -а сегодня это наши коллеги “единороссы” , и добрая воля председателя потребкооперации Валентина Каленского.

- Предлагаете вернуться к опыту недавнего социалистического прошлого, когда основным направлением развития экономики в нашей области было сельское хозяйство?

- А у нашей области просто нет другой альтернативы. Туризм? На эту тему, конечно, хорошо говорить. О ней мы говорим уже 15-20 лет. В Псковской области, кроме экологического туризма, ничего нет. У нас нет объектов, которые были бы интересны иностранным туристам, а те, что есть, надо восстанавливать. И Кремль, и крепостные башни, и всю прочую старину. Возможно, - экотуризм. Но когда турист поедет к природе, к какому-нибудь озеру в Себежском районе, он будет видеть разруху и бедность. И не поедет к озеру. Получается, и туризм, без развития сельского хозяйства, невозможен.

- Насколько мне известно, обсуждается вопрос об открытии целлюлозного комбината…

- Да. И нефтеперерабатывающего завода. Но тогда нужно забыть и об экотуризме, потому что никакой экологии не будет. Подобные производства не могут быть чистыми по определению. Может быть где-то, в странах с многолетней демократией, с системой контроля, это возможно, но только не у нас. Поэтому сельское хозяйство - безальтернативно!

Если мы хотим, чтобы наша деревня окончательно не умерла, сейчас для нашей области приоритетом должно быть село, его поддержка и развитие, и вкладывание туда бюджетных денег. Мы же видим, что сейчас происходит: скупаются земельные паи, за бесценок, людьми, не имеющими никакого отношения к сельскому хозяйству. Для чего это делается? Для того чтобы стать монополистами и диктовать свои условия. Это безобразие нужно прекратить. Но с другой стороны, что крестьянину с этим паем делать, если этот самый пай является в тягость. Обрабатывать он его не может, потому, что физически он не существует - не обозначен на земле, сдавать в аренду - тоже не может, потому что нет крупных производителей, предприятий, которые были бы заинтересованы. Остается только платить за него налоги, иногда в довольно крупных размерах, если иметь в виду доход крестьянина. В качестве примера приведу пенсионерку Васильеву Тамару Ивановну из деревни Дубки, Островского района, которая вынуждена сама отказаться от пая, потому что владение им, при нынешней ситуации, действительно накладно. А если государство не вмешивается в этот процесс, появляются люди, которые охотно скупают землю.

- То, что Вы предлагаете сделать для села, потребует бюджетных денег, а это противоречит законам рынка.

- Да, это не рыночный механизм, но практически все т. н. “национальные проекты” трудно назвать рыночными. Сейчас экономическое положение государства таково, что оно просто обязано повернуться лицом к селу. Опыт бюджетной поддержки села есть во многих регионах России. Приведу несколько примеров. В Брянской области ежегодно заключается соглашение между губернатором и “Облпотребсоюзом”. В нем предусматриваются меры по поддержке потребительской кооперации области: производится закуп у граждан и юридических лиц сельскохозяйственной продукции и сырья, оказывается помощь в ее реализации.

В республике Татарстан ведется мониторинг ресурсов картофеля и овощей, мяса и молока у населения. Данные вносятся в “Книгу учета подворий” , которую обязаны вести в каждом магазине. Сведения о ресурсах нужны как самому магазину, так и райпо для планирования объема заготоборота, товарооборота, а также республиканскому “Татреспотребсоюзу” для заключения договоров на поставку. Работают и заготконторы и овощные базы и убойные пункты на базе все той же потребкооперации.

- Игорь Евгеньевич, если удастся осуществить то, что Вы предлагаете, каких перемен к лучшему, можно будет ожидать?

- Село само не выживет. Давайте подумаем о том, что будет завтра, и послезавтра… .. Давайте напряжемся и вложим туда хоть какие-то деньги, поможем тем людям, которые сейчас на селе что-то делают. Давайте им поможем, запустим механизм посредничества между производителем сельскохозяйственной продукции и теми, кто будет ее перерабатывать и реализовывать. И тогда те, крестьяне, кто сейчас производит хоть какую-то сельхозпродукцию, смогут расширять свое производство, потому что у них появится гарантированный сбыт. За ними потянутся соседи, и начнет возрождаться псковское село. В противном случае, процесс “оптимизации” бюджетной сферы будет продолжаться до полного вымирания псковской деревни. Повторяю, другой альтернативы, кроме как ставки на сельскохозяйственный путь развития, у Псковской области просто нет!